Весной 1904 года здоровье Чехова настолько ухудшилось, что врачи потребовали его срочного отъезда на заграничный курорт. Для этой цели был выбран Баденвейлер, горный курорт в Шварцвальде.
В Баденвейлер Чехов с женой приехал в июне. Первые дни он чувствовал себя бодро, говорил о своих планах, мечтал о путешествиях. Но вскоре эмоциональный подъем спал, и Чехов начал метаться, переезжать из гостиницы в гостиницу, затем - в частный дом, но и там повторилось то же самое: пара спокойных дней, потом снова желание срочной смены места жительства.
Доктор Эрик Шверер, лечивший Чехова в Баденвейлере, после его смерти напечатал в местной газете пространный рассказ, где изложил свою точку зрения на болезнь и кончину писателя: «Здешний климат действовал прекрасно на здоровье господина Чехова, но потом, вследствие высоких температур, которые вызывались прогрессировавшим процессом бугорчатки легких, вес тела начал падать, наступило сильное расстройство кишечника.
До наступления кризиса я был уверен, что его жизнь еще продлится несколько месяцев, и даже после ужасающего припадка состояние сердца еще не внушало больших опасений, потому что после впрыскивания морфия и вдыхания кислорода пульс стал хорошим, и больной спокойно заснул».
Развязка наступила в ночь с 14 на 15 июля 1904 года.
По свидетельству жены писателя, в начале ночи Чехов проснулся и попросил послать за доктором. Она вспомнила, что в этом же отеле жили знакомые русские студенты, одного из них она попросила сбегать за ним.
Когда пришел доктор, писатель попросил шампанского. Антон Павлович сел и сказал доктору по-немецки «Ich sterbe». Потом выпил шампанского и сказал: «Давно я не пил шампанского», тихо лег на левый бок и вскоре умер.
Однако, не все согласились с тем, что последними слова писателя, были немецкие - «я умирая». В дневниках Корнея Чуковского со ссылкой на Горького, есть утверждение, что на самом деле Чехов сказал по-русски: «Ах ты, стерва!». Имея в виду то ли жизнь, то ли жену.
